Серпантин смирение заровнять. О смирении и терпении. Библейское смирение. Пример смирения

05.11.2019
Редкие невестки могут похвастаться, что у них ровные и дружеские отношения со свекровью. Обычно случается с точностью до наоборот

Смирение

Батюшка не раз говорил... что к нему приходят «бла-женные души»... «Я их называю «блаженными» потому, что у них есть великое сознание своей немощи, греховности, и при этом сознании, твердая вера в Бога...» (преп. Варсо-нофий).

Все ничего, если укоряем себя и смиряемся. А вот многие на небо лезут, подвиги накладывают на себя, а сми-ряться не хотят. Смиряйтесь, смиряйтесь! Да, я скажу вам... не хотят смиряться, это — язва, язва современного мона-шества... (преп. Варсонофий).

Смиряйтесь, смиряйтесь. Вся наука, вся мудрость жиз-ни заключается в сих словах: «Смирихся, и спасе мя Гос-подь» (Пс.114, 5). Смиряйтесь и терпите все. Научитесь смирению и терпению, а в душе имейте мир. Поверьте, у кого в душе мир, тому и на каторге рай... (преп. Варсоно-фий).

Самое лучшее средство обрести смирение. Это вот что: всякую боль, которая колет гордое сердце, потерпеть. И ждать день и ночь милости от Всемилостивого Спаса. Кто так ждет, непременно получит. В этом я тебя могу уверить честным моим словом, если только ты веришь моей чести. Начни, так и увидишь. Главное, ты не понимаешь, что эта-то боль, это-то самое горькое острое жало, укалываю-щее чувствительность сердца, и есть настоящий источник милостей Божиих и смирения. В них-то сокровенна есть милость Божия. Отыми от тебя болезни эти, темноту твою, оскорбления, укоры, недостатки, и ты останешься совсем на-гая! (преп. Анатолий).

А главное — смиряйся. Лишь потеряешь смирение и самоукорение — тогда прощай (преп. Анатолий).

Отцы святые всегда помнили, что они здесь маловре-менные гости, поэтому мало заботились о брении, которое скоро должно паки обратиться в гной, пищу червей; ...всячески ее <плоть> утруждали, смиряли постом, бдени-ем, молитвою; посредством сего смирялась и душа (преп. Иосиф).

Смирись перед Богом. Смиряйся по силе и пред людь-ми. Не зазирай никого. А проштрафишься — сейчас кай-ся: Господи, прости! Господи, помилуй! Господи, помоги! (преп. Анатолий).

Будь же не образом только возлюблена Богу, но и жи-тием. Особенно смирением и покорением. «Иисус послуш-лив был даже до смерти. Темже и Бог Его превознесе!» (Ср.: Флп.2, 8—9). «Собрание смиренных — собрание Серафимов». Не простых только Ангелов, но высочайших небесных чинов. Еще говорю и повторяю: будь смиренна, будь благопокорлива, не будь любочестива и любопоказательна, и возлюбит тя бесконечно Любящий смиренных! (преп. Анатолий).

Смирять же себя всеми силами старайся. И мысль твоя, что тебя не любят, есть чисто бесовская. К тому ж мы обязаны, чтобы всех любить, но чтоб нас любили, мы не смеем требовать (преп. Анатолий).

Чистота и бесстрастие даются не по летам (седина есть мудрость человекам), а по смирению. Святой Иоанн Лествичник учит: дарования (значит, и чистота) даются не трудам (тем больше не годам), а смирению. Смиримся, и Господь покроет, и будем святы. А пока не смиримся и не умилостивим Бога — хоть лоб об пол поклонами разбей, страсти не умалятся (преп. Анатолий).

Будь же хоть и грешна, но смиренна. И будешь мирна. А на смиренных-то Господь и призирает (преп. Анатолий).

Утешаяй смиренныя Господь, Той да утешит и тебя. Только имей истинный и верный залог к смирению — самоукорение и приложи к этому терпение, да вооружись молитвой Иисусовой с памятью о смерти, тогда и станет для тебя благо иго заповедей Евангельских и правил мона-шеской жизни, и бремя послушания отныне легко будет (преп. Анатолий).

Посвящаемый во иеродиакона великий Моисей Мурин на оскорбление его сказал: смутихся и не глаголах! А ка-ширская преподобная не хочет равняться с Моисеем. Ей дай такое смирение, чтобы и в сердце не копало. Ты хоть наружно-то смирись. А то смирение постигается и дости-гается не горбом и ползаньем, а силою Животворящего Духа (преп. Анатолий).

Что живешь плохо, не унывай, а смиряйся, и Господь призрит на смирение твое, паче подвигов великих, но не смиренных (преп. Анатолий).

Ты просишь наставления и назидательного урока, как бы тебе не сбиться с истинного пути? Начни со смире-ния, делай со смирением и кончай смирением, и вчинишься со святыми. Этот путь, то есть путь смирения, самый на-дежный и, как говорят отцы, «непадательный». Ибо куда может упасть смиренный, когда он считает себя хуже всех? Да и как не смиряться, когда Иисус, Бог богов и Господь господей, «смирил Себе даже до смерти, смерти же крестныя?» (Флп. 2, 8). Удивление Ангелов, Краснейший паче всех сынов человеческих умер позорною за нас смертью; мы ли, грешные, немощные, не хотим видеть своих грехов? Своих немощей? (преп. Анатолий).

Смири лучше себя, сестра, и укори, да только себя, а не другого кого. Я так твержу все свое, т. е. что болезнь и скорби — для тебя великая милость Божия, а то бы ты напроказила на свою голову (преп. Анатолий).

Смирение — это нечто великое и божественное, а путь к Нему — считать себя ниже всех. Что это значит, считать себя ниже всех? Не замечать чужих грехов. Смотреть на свои грехи. Постоянно молиться (преп. Никон).

Без смирения нельзя спастись. Какое бы здание до-бродетели вы ни возвели, оно рухнет без смирения (преп. Никон).

Прощение преподается тем только, кто считает себя виновным. Смирись пред Богом и людьми, и Господь тебя никогда не оставит (преп. Никон).

Без смирения нельзя быть учеником Христовым. Без смирения сердце человека не примет, не усвоит себе Хрис-това учения. Смирение сердца внушает человеку быть по-корным воле Божией, принимать покорно все, что Господу угодно будет послать человеку на жизненном пути его, покорять свой ум, свое рассуждение, свои хотения в послу-шание Христово (преп. Никон).

Смиренно считая себя всегда, до самой смерти, спо-собным ко всякому греху, к малому и большому (по нашему пониманию), надо усердно молиться Господу о помощи, «да не внидем в напасть». Самомнение не заботится о хранении себя и бывает причиной великих падений; соблазны берут верх и низлагают человека (преп. Никон).

Если так гибельно тщеславие и славолюбие, то надо смиренно и благоразумно, даже с радостью принимать вся-кие скорби, поношения и бесчестия, как приводящие нас к смиренномудрию и спасению. Между тем замечается, са-момалейшее слово и скорбь приводят нас в негодование и сопротивление человекам; даже смирительные действия духовного отца нам не нравятся: мы не видим, не хотим видеть, что они направлены к нашей пользе духовной, мы негодуем, что сказано или сделано нам не по сердцу, не по нашему желанию, мы считаем себя обиженными. О, не-разумные! О, привязанность наша к миру и его хвале и славе! Разумный инок и раб Божий жаждет покаяния и смирения, видя от них себе душевную пользу, он плачет и скорбит, когда его не смиряют, он радуется, когда лишается славы человеческой. Понудим себя и мы ко всякому смире-нию. Сказано: «Смирился, и спасе мя Господь» (Ср.: Пс.114, 5) (преп. Никон).

Вот вы спрашиваете скорейший путь к смирению. Ко-нечно, прежде всего следует сознать себя немощнейшим червяком, ничего не могущим сделать доброго без дара Духа Святого, от Господа нашего Иисуса Христа подава-емого по молитве нашей и ближних наших и по Своему милосердию... (преп. Анатолий).

Спрашиваете: «Каким путем идти к Богу?» Идите пу-тем смирения! Смиренным несением трудных обстоятельств жизни, смиренным терпением посылаемых Господом бо-лезней, смиренной надеждою, что не будете оставлены Гос-подом, скорым Помощником и любвеобильным Отцом Не-бесным, смиренною молитвою о помощи свыше, об отгнании уныния и чувства безнадежия, которыми враг спасения тщится привести к отчаянию, гибельному для человека, ли-шающему его благодати Божественной и удаляющему от него милосердие Божие (преп. Нектарий).

Нетерпение твое пред старшими... показывает твою не-мощь и неимение смирения, до которого мы с тобою еще не достигли и далеко отстоим; хоть при возмущении сердца храни молчание, но не злобное, а ежели видишь, что злобные помыслы тайно в тебе действуют, отойдя, помолись Богу за оскорбивших тебя и проси помилования их молитвами: ста-райся всегда находить в себе вину, ежели в тот раз и не подала вины, то за прежние грехи посылается укорение и для обличения нашего бедного устроения... (преп. Лев).

А <как> и мы чувствуем за собой долги пред Богом, то и должны не бегать нареканий, выговоров и оскорблений, но ими не только долг заплатится, но и исцелится великая душевная болезнь — гордость — приложением сих пластырей, с Божиею помощью (преп. Лев).

Твоя же скорбь тебя увеличивает, что ты считаешь себя бывшею равною м. Аркадии, а теперь чувствуешь рабство. Эта мысль далека от смирения; представь себе учащихся в семинарии мальчиков равного возраста и зва-ния; и после выходит один архиерей, а другой остается дьячком, а случается, что сей последний еще и выше его и званием и поступлением; равно и по службе то же бывает: находясь в нижнем чине ровными, один достигает гене-ральского чина, а другой малым чином повышается в одно и то же время. Имеют ли право последние скорбеть на первых? Приложи, сестра, меры к своему устроению и по-знай свое несправедливое рассуждение (преп. Лев).

Весьма странно для слуха твое устроение, <тем> паче мнение, что тяжесть собственного унижения приводит те-бя до бесчувственности. Это ни с чем не сообразно, ни с Писанием, ни с натурою вещей. Господь заповедал, чтобы искать спокойствия во смирении: Научитесь от Мене... и прочее... (Мф.11, 29)... Святые отцы, искусом прошед-шие сие, удостоверяют нас. Святой Дорофей: «Како не имать покой, иже себя укоряй и уничижай, и аще что и случится ему скорбно, имать предварив себе того достойна, и не смущается...» Подобно <святой> Лествичник и другие отцы учат о неизъяснимой пользе от самоукорения, а ты, напротив, отягощаешься, поэтому оно ложное и непра-вильное. Душа твоя горит желанием скорбей и болезней и отложением всех попечений, чтобы быть с Богом нераз-лучной, — весьма далека ты от сего. То же самое как бы внити в чертог брачный в скверной одежде, так и тебе, буйством страстей колеблемой, вдруг во страну бесстрастия <стать>. Иди постепенно, терпи скорби, прежде почитая того достойною по грехам твоим, далее к надежде прибли-жайся, а тут уже третья степень не разлучит с Богом — любовь! — покажи на деле прежде терпение скорбей со смирением... (преп. Лев).

Вы... по получении письма от о. Макария опечалились, и оттого произвелось в вашей душе расстройство. Видно, еще есть в тебе дух гордости, который противится сми-рению; смиренный же во всех приключающихся оскорбле-ниях не смущается, но не перестает искать спасения ду-шевного. Посуди сама, как же он тебе напишет и какое нравоучение вложит в твою голову, когда сама говоришь, что она худая (преп. Лев).

Вы пребываете нечувствительны, и к молитве хо-лодны, и леностью преодолеваемы. Но слава Богу и о сем, что, по крайней мере, хотя сознаете свои немощи и ничто-жество. А посему и должны о себе смиренно мудрствовать и посмирней мечтать... А где смирение, там неподалеку и спасение! (преп. Лев).

Нам, ищущим спасения, при исполнении заповедей Божиих самонужнейшие есть смирение, которое привлека-ет к нам Божию благодать и освещает все наши действия, а без оного никакие подвиги и труды не могут нам доста-вить многожеланного мира, который даровал нам Премилосердый Создатель, глаголя апостолам: «мир Мой даю вам, мир Мой оставляю вам» (Ин. 14, 27), и о всем приносите Богу благодарение, а паче, воспоминая великие Его к вам благодеяния и милости (преп. Лев).

Вы живете посреди мира и суеты, не можете смирить-ся, а смирение есть Его хранилище. Старайтесь во всяком случае о исполнении заповедей Христовых и познавайте свою немощь, а познавши оную, смиряйтесь, но не ищите награды за исполнение заповедей, а считайте себя должною исполнять оные, но недостойною награды. Ежели так себя будете устраивать, то не лишитесь милости Божией. Когда же будем без делания заповедей на одну молитву надеяться, то нимало не преуспеем... (преп. Лев).

А более и приобретается смирение, когда мы не сле-дуем <своему> разуму и воле, а по Бозе слушаем, к кому имеем расположение: о сем отцы наши и наставники на-шего жительства пространно написали; вникни в их писа-ния, как-то: святого Дорофея, святого Иоанна Лествичника и прочих святых, о сей добродетели, как стяжать <и> ис-кать... нужно, написали, и ты старайся сему следовать, и Господь тебя не оставит, и облегчит скорбь твою, и даже утешит... (преп. Лев).

Мы... находим, что невозможно без своего преклоне-ния воли куда на что-либо доброе, ибо враг оному проти-вится и воздвигает брань, <коей> не сопротивляясь смире-нием, ропщут на нас за <понуждение>, и твои слова: «я и сама вижу, что действие вражие, а не соодолею помыслу злобному» оттого, что не имеешь оружия: самоукорения и смирения (преп. Лев).

Кайся и смиряйся, и помышляй о том, отчего проис-ходили грехи, как не оттого, что не имела смирения, но противный сему порок. И паки речем: смирись, и помилует тя Господь (преп. Лев).

Где смирение не обитает, там презорство и высокомудрие пребывает... (преп. Лев).

Должны о себе смиренно мудрствовать и посмирней мечтать... А где смирение, там неподалеку и спасение! (преп. Лев).

Вопрос: «Батюшка! Как вы захватили такие духовные дарования, какие мы в вас видим?» Старец отвечал: «Живи попроще, — Бог и тебя не оставит». Потом прибавил: «Леонид всегда был последним в обителях, никогда ни от какого поручения настоятеля не отказывался. В навечерие великих праздников другие, бывало, стремятся в церковь, а Леонида посылают на хутор за сеном для лошадей приезжих гостей, а потом ус-талого и без ужина посылают на клирос петь, и он безропотно повиновался. Старайся и ты так жить, и тебе Господь явит милость Свою» (преп. Лев).

Помни Симона волхва, как он, высоко поднявшись, опустился низко, так и ты, буде <если> не смиришься, то погибнешь... (преп. Лев).

Когда не имеете спокойствия, знайте, что не имеете в себе смирения. Это Господь явил следующими словами, кои вместе с тем показывают, где искать спокойствия. Он сказал: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф.11, 29) (преп. Лев).

Чтобы быть монахиней, надо быть либо железной, либо золотой... железной — значит иметь большое терпение, а золотой — большое смирение (преп. Амвросий).

Если кто тебя обидит, не рассказывай никому кроме старца, и будешь мирна. Кланяйся всем, не обращая внима-ния, отвечают ли тебе на поклон, или нет. Смиряться нуж-но пред всеми и считать себя хуже всех. Если мы не совершили преступлений, какие совершили другие, то это может быть потому, что не имели к тому случая, — обстановка и обстоятельства были другие. Во всяком человеке есть что-нибудь хорошее и доброе; мы же обыкновенно видим в людях только пороки, а хорошего ничего не видим (преп. Амвросий).

Бог посещает Своею милостью только смиренных (преп. Амвросий).

Одна госпожа видела во сне Господа Иисуса Христа и пред Ним толпу народа. На Его зов первою подошла к Нему девушка крестьянка, а потом мужик в лаптях и еще все люди крестьянского сословия. — Госпожа подумала, что и ее за доброту и вообще за все ее добродетели Он также возьмет. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что Господь перестал уже и звать! Она решилась было сама напомнить о себе Господу, но Он совсем отвра-тился от нее. Тогда она упала на землю и начала сми-ренно сознаваться, что она действительно хуже всех и не-достойна быть в Царствии Небесном. — Батюшка затем прибавил: «а вот такие-то и годятся, таких-то там и надо» (преп. Амвросий).

На слова одной, стоявшей около старца: «Гордость мешает во всем», он ответил: «А ты закутайся в смирение, тогда, если и небо к земле прильнет, не страшно будет» (преп. Амвросий).

Лишь только смирится человек... как тотчас же сми-рение поставляет его в преддверии Царства Небесного... (преп. Амвросий).

Батюшка поучительно объяснял слова Спасителя: «ког-да ударят тебя в десную ланиту, подставь другую» (Ср. Мф.5, 39). «Ведь обыкновенным порядком, когда ударяют в лицо, ударяют правою рукою в левую щеку, а не в десную. Но Господь хотел представить десною ланитою оскорбление, унижение, обиду за правое дело, в котором ты не виновата. Подставить же левую — значит: в то время, когда без вины оскорбляют, помяни пред Господом свои грехи, которыми ты оскорбляешь Его, и чрез это со-знание смирись и прими несправедливое поношение, как уже должное» (преп. Амвросий).

Смиряйся больше духом, — смирение и дела заменяет. Терпи все невзгоды и предавайся Господу (преп. Амвро-сий).

Век медный, рог железный кому рога не сотрет. В Священном Писании сказано: «Роги грешных сломлю, и вознесется рог праведнаго» (Пс.74, 11). У грешных два рога, а у праведного один, — это смирение (преп. Амв-росий).

Дом души — терпение, пища души — смирение. Если пищи в доме нет, жилец лезет вон (выходит из терпения) (преп. Амвросий).

Если очень зацепят тебя, скажи себе: «Не ситцевая, не полиняешь» (преп. Амвросий).

Надо вниз смотреть. Ты вспомни: земля еси, и в землю пойдешь (преп. Амвросий).

Смирение состоит в том, чтобы уступать другим и счи-тать себя хуже всех. Это гораздо покойнее будет (преп. Амвросий).

Ведать подобает, яко три суть совершенного смирения степени. Первая степень — покоряться старейшине, не превозноситься же над равными. Вторая степень — поко-ряться равным, не превозноситься над меньшими. Третья степень — покоряться и меньшим, и вменять себе ничто-же быти, яко единому от скотов, недостойным сопребывания человеческого (преп. Амвросий).

Прежде надо наружно кланяться в ноги старцам. Это положили святые отцы. А потом внутри будет (ощущаться), точно как кто (кланяющийся) беден, а затем кучу золота дадут, и он богат будет (преп. Амвросий).

Кто уступает, тот больше приобретает (преп. Амвро-сий).

Смиряйся, и все дела твои пойдут (преп. Амвросий).

Иди мытаревым путем, и спасешься, — говори: «Боже, милостив буди мне грешной!» (Лк. 18, 13) (преп. Амвро-сий).

Если не имеешь любви (к ближним), смиряйся (преп. Амвросий).

Силен Господь сотворить <о нас> по воле Своей свя-той. Если сами не смиряемся, то Господь невольно нас смиряет. У Господа Бога средств-то много. Рано и скоро начала рассуждать, тогда как прежде всего требуется по-корение и повиновение. За непокорность и непослушание и Адам с Евою изгнаны из рая. Это всем нам должно пом-нить и не забывать. В псалмах сказано: «да рекут избавлении Господем» (Пс. 106, 2). А мы еще и не начинали духовного дела, как следует, а толковать обо всем дерзаем, оправдывая себя какою-то прямотою; тогда как и о птицах говорится, что прямо и не осмотревшись летают только одни вороны, другие же птицы держат себя осторожно и осмотрительно (преп. Амвросий).

27.07.2012


Оставление смирения для сохранения своего достоинства перед ближним отымает у сердца умиление, ожесточает его, убивает молитву, лишает её существенных её свойств - внимания и умиления.

Смирение - залог в сердце, Святое, безымянное сердечное свойство, Божественный навык, рождающийся неприметным образом в душе от исполнения Евангельских Заповедей.

Оставление смирения для сохранения своего достоинства перед ближним отымает у сердца умиление, ожесточает его, убивает молитву, лишает её существенных её свойств - внимания и умиления.

Святые отцы замечают, что в противоположность тщеславию, которое разносит помыслы человека по вселенной, смирение собирает, сосредоточивает их в душе: от бесплодного и легкомысленного созерцания мира человек переводится к многоплодному и глубокому самосозерцанию, к мысленному безмолвию, к такому состоянию, какое требуется для истинной молитвы и которое производится внимательной молитвой. Наконец, благодатное действие смирения и благодатное действие молитвы есть одно и то же действие.

Смирение возвело Господа нашего на крест, и учеников Христовых оно тоже возводит на крест, который есть Святое терпение, непостижимое для плотских умов, как молчание Иисуса было непонятным для Ирода, Понтийского Пилата и иудейских архиереев.

Благодатное смирение невидимо, как невидим Податель его - Бог. Оно закрыто молчанием, простотой, искренностью, непринужденностью, свободой…

Ложное смирение - всегда с сочиненной наружностью: оно себя так публикует.

Хочешь стяжать смирение? Исполняй Евангельские Заповеди: вместе с ними в сердце твоё будет вселяться, усваиваться ему Святое смирение, то есть свойства Господа нашего Иисуса Христа.

Начало смирения - нищета духа; середина преуспеяния в нем - превысший человеческого ума и постижения мир Христов; конец и совершенство смирения - любовь Христова.

Смирение никогда не гневается, не человеко­угодничает, не предается печали, ничего не страшится.

Смиренный неспособен иметь злобы и ненависти, он не имеет врагов. Если кто из человеков причиняет ему обиды - он видит в этом человеке орудие Правосудия или Промысла Божия.

Смиренный предает себя всецело воле Бо­жией. Смиренный живёт не своей собственной жизнью, но Богом.

Смиренный чужд самонадеянности, и потому он непрестанно ищет помощи Божией, непрестанно пребывает в молитве.

«Что значит веровать?» - спросили одного великого угодника Божия Святого Преподобного Пимена Великого. Он отвечал: «Веровать - значит пребывать в смирении и милости».

Смирение надеется на Бога - не на себя и не на человеков - и потому оно в поведении своём просто, прямо, твёрдо, величественно. Слепот­ствующие сыны мира называют это гордостью.

Смирение совершенно не ценит земных благ, в очах его велик Бог, велико Евангелие. Оно стремится к ним, не удостоивая тление и мирскую суету ни внимания, ни взора. Святую хладность к тлению и суетности сыны тления, служители суетности называют гордостью.

Святой Исаак Сирский на вопрос: «Какие отличительные признаки смирения?» отвечал: «Как возношение человеком души своей есть её расточение, понуждающее её парить в мечтаниях и не препятствующее ей воскрыляться облаками этих своих мечтательных помыслов, смирение (в противоположность возношению) собирает душу в безмолвие, помогает ей сосредоточиваться в себе самой».

Смирение не имеет даже языка сказать о ком-нибудь, что он нерадив или презорлив. Оно не имеет глаз для зрения чужих погрешностей; не имеет ушей для слышания того, что не может принести пользы душе. Наконец, оно не имеет никаких забот, кроме забот о грехах своих. Смирению свойственно сохранять со всеми окружающими мир не по причине дружбы, но ради заповеди Божией.

Святая боголюбезная простота требует, чтобы мы не сравнивали себя ни с кем из ближних, а жили просто - для Бога и своего спасения в Нём. При такой простоте все ближние начинают неизбежно казаться нам лучше нас. Именно это-то и нужно, в этом-то и состоит смирение, это-то и ведёт к любви к ближнему. Святые отцы говорили, что смирение - сердечное чувство, заводящееся неприметно в душе от делания заповедей Христовых.

Преданность воле Божией и благодарение Бога за всё, чтобы с тобой ни случилось, делают приемлемым всякое положение, в которое в силу различных жизненных коллизий (как нам кажется, а на самом деле - по воле Божией - Ред.) попадает человек, и научают извлекать из него душевную пользу.

Смирение и подвиг идут почти рядом. Смирением достигается почти тот же успех, каковой достигается подвигом. Однако смирение и само по себе приносит пользу, в этом смысле оно самодостаточно. Подвиг же без смирения не только не приносит никакого плода, но может и навредить, ибо открывает большое поле деятельности для беса тщеславия, вводящего нас в высокое о себе мнение и в осуждение ближних.

Смирение состоит в том также, чтобы признавать себя достойным именно того положения, в котором ты (волею Божией - Ред.) оказался, и недостойным ничего лучшего - менее тяжёлого, более комфортного, более престижного и т. д. Если коротко, то смирение состоит в том, чтобы покорно предавать себя воле Божией во всех жизненных ситуациях, чтобы с тобой ни произошло. Истинность такового душевного настроя свидетельствуется душевным миром, который водворяется в сердце человека и наставляет его на путь живота вечного.

В наше время Бог чаще дарует спасение через смирение, нежели через подвиг. Ныне при умножившихся немощах подвиг особенно опасен, как сильно наветуемый осуждением ближнего. Кроме того, подвиг требует опытного руководителя, смирение же - всегда непадательно.

Сами немощи и грехи наши, когда мы сознаемся себе в них и искренне раскаиваемся, способствуют смирению. По выражению некоего Святого отца Церкви, «во всесильной деснице Премудрого Бога, само зло своей неблагостью споспешествует благому».

Над всеми нами да будет воля Господа Бога нашего, гораздо более, нежели мы, ведающего, что полезно нам. С верой предадим себя Ему. Такая вера - это смирение. Смирение есть полная преданность Богу при полном недоверии к себе.

Святитель Игнатий Брянчанинов

Преп. Антоний Великий

– Если в человеке не будет крайнего смирения – смирения всем сердцем, всем умом, всем духом, всею душою и телом – то он Царствия Божия не наследит.

– Возлюби смирение, и оно покроет все грехи твои. Не завидуй тому, кто идет вверх, но лучше считай всех людей высшими себя, чтобы с тобою был Сам Бог.

– Будь во всем смирен в осанке, в одежде, в сидении, в стоянии, в походке, в келлии и во всех принадлежностях ее. Если станут хвалить тебя за дела твои, не радуйся тому и не услаждайся тем, утаивай их сколько можешь, не позволяй себе кому-либо говорить о них и всячески постарайся достигнуть того, чтобы люди не хвалили тебя. Бойся сделаться известным по какому-либо из дел твоих.

– Если кто укоряет тебя безвинно в каком грехе, смири себя, и получишь венец.

– Навыкни, чтоб язык твой во всех случаях, во всякое время и всякому брату говорил: «Прости мне».

– Люби труды, всем себя подчиняй, уста свои держи заключенными и достигнешь смирения. Смирение же привлечет отпущение всех грехов твоих.

– Прежде всего, не считай себя чем-либо, – и это породит в тебе смирение; смирение же – науку (опытность и здравомыслие); наука же – веру; вера – упование; упование – любовь; любовь – повиновение; повиновение родит неизменное постоянство (твердость в добре).

– Если подвизаемся добрым подвигом, то должно нам крайне смиряться пред Богом, чтобы Он, ведающий немощь нашу, покрывал нас десницею Своею и хранил; ибо если вознесемся гордостью, Он отнимет покров Свой от нас, и мы погибнем.

– Если кто берет на себя подвиг молчания, пусть не думает, что проходит какую добродетель, но пусть держит в сердце, что потому молчит, что не достоин говорить.

– Св. Антоний во время молитвы услышал глас: «Антоний, ты еще не пришел в меру башмачника в Александрии». Антоний нашел башмачника и убедил его открыть, что есть особенного в его жизни. Тот сказал: «Я не знаю, чтобы когда-нибудь делал какое-либо добро. Почему, вставши утром с постели, прежде чем сяду за работу, говорю: «Все в этом городе от мала до велика войдут в Царство Божие за свои добрые дела: один я за грехи мои осужден буду на вечные муки». Это же самое со всею искренностью сердечно повторяю я и вечером, прежде чем лягу спать». Услышав это, св. Антоний сознал, что точно не дошел еще в такую меру.

Преп. Ефрем Сирин

– Воздавая Божия Богови, не превозносись; но, молясь Господу, говори: «Твоя от Твоих приношу Тебе, Владыко, и у Тебя только ищу избавления души».

– Познай, как прекрасно смиренномудрие, и его избери себе, потому что оно возводит к небу. Добрая награда предложена тебе за смиренномудрие – Царство Небесное: не вознеради о нем!

– Не в трудах одних является Бог, но при них в простоте и смирении, хотя, сила Божия в немощи совершается (2 Кор. 12, 9), но несмиренномудрого делателя отринет Господь.

Прпп. Варсонофий и Иоанн

– Во всех случаях будем прибегать к смирению, ибо смиренный лежит на земле, а лежащий на земле куда может упасть? Находящемуся же на высоте удобно пасть. Если мы обратились и исправились – это не от нас – Божий дар, ибо Господь умудряет слепцы: Господь возводит низверженныя (Пс. 145, 8).

– Почитать надлежит себя грешником паче всех грешников, не сделавшим ничего хорошего перед Богом, укорять себя во всякое время, на всяком месте и за всякое дело, никого не хулить и не находить на земле человека, который был бы грешнее и нерадивее тебя самого.

Преп. Исаак Сирин

– Истинные праведники всегда помышляют в себе, что недостойны они Бога, и самое то, что они истинные праведники, дознается из того, что они признают себя окаянными и недостойными попечения Божия и исповедуют сие тайно и явно умудряются на сие Св. Духом, чтобы пребывать в труде и тесноте, пока находятся в жизни сей. Время же упокоения Бог соблюл им в будущем веке. И имеющие в себе живущего Господа посему самому не желают быть в покое и освободиться от скорби, хотя по временам и дается им таинственное утешение в духовном. Достиг ли кто смирения, узнает он из того, если находит для себя гнусным угождать миру своим общением с ним или словом и если в глазах его ненавистна слава мира сего. Странническая жизнь, нищета и пребывание в уединении – вот от чего рождается смирение и очищается сердце.

– Смиренномудрие, по причине постоянного самоограничения (воздержание, нищета в одежде и проч.), приходит в созерцание и душу украшает целомудрием.

– Кто со смирением терпит возводимые на него обвинения, тот достиг совершенства, и ему удивляются св. Ангелы. Ибо никакая иная добродетель не будет столь высока и неудобоисполнима. Кто истинно смиренномудр, тот, будучи онеоправдован, не возмущается и не говорит в свою защиту о том, в чем онеоправдован, но принимает клевету как истину и не старается уверять людей, что оклеветан, а просит прощения.

– Человек, достигший того, чтобы познать меру своей немощи, достиг совершенства смирения.

– Благодати предшествует смирение, а наказанию – самомнение.

– Бывает смирение по страху Божию, бывает из любви к Богу и бывает по радости.

– Собрание смиренных возлюблено Богом, как собор Серафимов.

– Смирение и целомудрие уготовляют в душе для Св. Троицы обручальный залог.

Авва Дорофей

– Некто из старцев сказал: «Прежде всего нужно нам смирение». Почему он не сказал о другой какой добродетели? Старец показывает нам сим, что ни страх Божий, ни милостыня, ни вера, ни воздержание, ни другая какая-либо добродетель не может быть совершена без смиренномудрия. Смиренномудрием же сокрушаются и все стрелы врага и противника. Все святые шествовали сим путем его и трудом. Виждь смирение мое и труд мой, и остави вся грехи моя , – взывает Давид и еще: Смирихся, и спасе мя Господь (Пс. 24, 18; 114, 5).

– Тот же старец сказал: «Смирение ни на кого не гневается и никого не прогневляет. Смирение привлекает на душу благодать Божию. Благодать же Божия пришедши, избавляет душу от сих двух тяжких страстей. Ибо что может быть более тяжким, как гневаться на ближнего и прогневлять его? Оно избавляет душу и от всякой страсти, и от всякого искушения».

– Когда св. Антоний увидел распростертыми все сети диавола и, вздохнув, вопросил Бога: «Кто же избегает их?» – то Бог ответил ему: «Смирение избегает их»; и, что еще более удивительно, присовокупил: «Они даже не прикасаются ему». Поистине, нет ничего крепче смиренномудрия, ничто не побеждает его. Если со смиренным случится что скорбное, он тотчас себя осуждает, что достоин того, – и не станет укорять никого, не будет на другого возлагать вину. Таким образом, переносит он случившееся без смущения, без скорби, с совершенным спокойствием, а потому и не гневается ни на кого и никого не прогневляет. Смирения два. Первое состоит в том, чтобы почитать брата своего разумнее и по всему превосходнее тебя или почитать себя ниже всех. Второе же – чтобы свои подвиги приписывать Богу. И это есть совершенное смирение святости. Совершенное смирение рождается от исполнения заповедей. Святые, чем более приближаются к Богу, тем более видят себя грешными. Так, Авраам, когда увидел Господа, назвал себя землею и пеплом (Быт, 18. 27), Исаия, увидев Бога превознесенного, воззвал: «Окаянный и нечистый есмь аз» (Ис. 6, 5).

– Когда авва Агафон приближался к кончине и братия сказали ему: «И ты ли боишься, отче?» – то он ответил: «Сколько могу, я понуждал себя сохранять заповеди, но я человек и почему могу знать, угодно ли Богу дело мое? Ибо иной суд Божий, и иной – человеческий». Старец, быв спрошен: «Что главного из найденного тобою на пути сем, отче?» – ответил: «То, чтобы во всем укорять себя». Так и авва Пимен сказал со стенанием: «Все добродетели вошли в дом сей, но без одной добродетели трудно устоять человеку». – «Какая же это добродетель?» – спросили его. Он ответил: «Та, чтобы человек укорял себя». И св. Антоний сказал: «Велико делание – возлагать пред лицо Бога согрешения свои на себя и до последнего издыхания ожидать искушения». И везде находим, что отцы наши обретали покой оттого, что, возложив на Бога все, даже и самое малое, они всегда соблюдали правило – себя во всем укорять.

Авва Зосима

– Однажды спросили авву: «Как достигнуть того, чтобы не гневаться, когда унижают и злословят другие?» Он отвечал: «Кто в сердце своем имеет себя ничтожнейшим, тот никаким унижением не возмущается, как сказал авва Пимен: если уничижишь себя, будешь иметь покой».

Блаж. Диадох

– Нелегко приобретаемое дело есть смирение, ибо, чем выше оно, тем больших трудов требует стяжание его. Приходит же оно к причастникам св. ведения двумя способами: 1) когда подвижник благочестия находится в средине духовного преуспения, тогда смиреннейшее о себе мудрование держится у него или ради немощи телесной, или ради неприятности со стороны враждующих на ревнителей о праведной жизни, или ради лукавых помыслов; 2) когда же ум в полном чувстве и удостоверительно озарится св. благодатию, тогда душа начинает иметь смиренномудрие как бы естественным своим расположением. Ибо, будучи напояема и насыщаема Божественною благодатию, по благости Божией, не может уже надыматься и напыщаться славолюбием, хотя бы непрестанно исполняла заповеди Божий, но почитает себя ничтожнейшею паче всех, в чувстве общения Божественной благостыни (что она такова по милости Божией). То (1-е) смиренномудрие сопровождается большей частью печалью и упадком духа, а это (2-е) – радостию со стыдением всемудрым; то приходит к тем, кои находятся посредине подвигов, а это ниспосылается приближающимся уже к совершенству. Почему то нередко от житейских благопоспешений некако подавляется, а это, хотя бы кто предложил ему все царства мира, не колеблется и самых страшных стрел греха не только не боится, но даже и совсем не чувствует, потому что, будучи вседуховно, не имеет уже оно чувства для внешней славы. Доходит, однако ж, до сего, последнего, подвижник не иначе, как прошедши чрез то, первое, всяким образом: ибо благодать не дает нам богатства второго, если наперед не умягчить произволения нашего испытаниями, чрез обучительное попущение приражения страстей в период первого.

Преп. Нил Синайский

– Молитва смиренного преклоняет Бога, а прошение гордого оскорбляет Его. Слово смиренного – мягчительная мазь душе, а слово гордого – исполнено кичения.

– Некто из благоискуснейших, ведя речь о смирении, пересказал и следующее: «Весьма благоискусный отец ударен был по ланите бесноватым, который был в сильном припадке безумия, и отец, немедленно обернувшись, подставил ему другую ланиту с готовностью принять удар. Тогда бес, как молнией пораженный смирением, вскричал и тотчас вышел из создания Божия».

Преп. Филофей Синайский

– Потребно нам великое смирение, если искреннее имеем попечение о хранении ума в Господе: во-первых, в отношении к Богу и, во-вторых, в отношении к людям. Всячески должны мы сокрушать свое сердце, изыскивая и в дело вводя все, могущее смирять его. Сокрушает же и смиряет сердце, как известно, о прежней нашей в мире жизни память, если она припоминается нами как следует, также память о всех грехах от юности; когда кто пересматривает их умом по частям, обыкновенно и смиряет, и слезы рождает, и ко всесердечному благодарению Бога подвигает нас, как всегдашняя действенная (до чувства доводимая) память о смерти, которая притом рождает и плач радостный со сладостию, и трезвение ума. Преимущественно же смиряет мудрование наше и располагает потуплять очи в землю воспоминание о страстях Господа нашего Иисуса Христа, когда кто проходит их в памяти и все подробно воспоминает. Это подает также и слезы. Сверх того, истинно смиряют душу великие Божий благодеяния, именно к нам, когда кто подробно перечисляет их и пересматривает: ибо мы имеем брань с гордыми, неблагодарными демонами.

Преп. Кассиан Римлянин

– Без глубокого искреннего смирения ни над какой страстью никогда не может быть приобретена победа. Никто не может достигнуть последнего предела совершенства и чистоты иначе, как смирением истинным, которое он, видимо, свидетельствуя пред братьями, изъявляет также и пред Богом в сокровенностях сердца своего, веруя, что без Его покрова и помощи, в каждый момент его посещающих, никак не может он достигнуть совершенства, которого желает и к которому с усилием течет.

Преп. Феодор Едесский

– В душе смиренных упокоевается Господь, в сердце же гордых – страсти бесчестия; ибо ничто так не усиливает их против нас, как высокомудрые помыслы, и, напротив, ничто так действенно не исторгает с корнем из души эти былья злые, как блаженное смирение, которое справедливо потому названо страстеубийцею.

Преп. Феогност

– Странное скажу тебе слово, но не дивись. Если не достигнешь бесстрастия, по причине, может быть, тиранских предрасположений, но, находясь во время исхода в глубоких чувствах смирения, – ничем не меньше бесстрастного вознесешься на облаках. Ибо пусть сокровище бесстрастных составлено бывает из всякой добродетели, но драгоценный камень смирения паче всех их досточестен и высок и стяжавшему его доставляет не только умилостивление пред Богом, но и вход вместе с избранными в брачный чертог царствия Его.

Преп. Симеон Новый Богослов

– Где глубокое смирение, там и слезы обильные, а где есть сие, там есть и присещение Св. Духа; когда же придет благодать покланяемого Духа, тогда в том, кто начинает быть под действием Его, является всякая чистота и святость, – тогда он зрит Бога, и Бог призирает на него. Ибо Господь говорит: На кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущаго словес Моих (Ис. 66, 2).

Преп. Никита Стифат

– Смирение состоит не в наклонении выи, или в распущении волос, или в одеянии неопрятном, грубом и бедном, в чем многие поставляют всю суть добродетели сей, но в сокрушении сердца и смирении духа, как сказал Давид: Дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс. 50, 19).

– Ино – смиреннословие, ино – смирение, ино – смиренномудрие. Смиреннословие и смирение проявляются подвизающимися во всяком злострадании (произвольных лишениях) и во внешних трудах добродетели, так как они все обращены бывают на делания и занятия телесные, почему при них душа, не всегда бывая в твердом благонастроении, при встрече искушения, смущается. А смиренномудрие – дело есть некое сущи Божественное и великое бывает в одних тех, кои наитием Утешителя переступили уже средину, то есть далеко прошли вперед кратчайшим путем добродетели, посредством всякого смирения.

– Смиренномудрие, проникши в глубину души и тяжелым камнем налегши на нее, так сильно гнетет ее и стискивает, что вся крепость ее истощается в неудержимом излиянии слез, от коих ум очищается от всякой скверны помыслов, бывает в видении-Божием и под действием его понуждается воззвать подобно Исаии: О, окаянный аз, яко умилихся, яко человек сый и нечисты устно имый, посреде людий, нечистыя устно имущих аз живу: и Царя Господа Саваофа видех очима моима (Ис. 6, 5). Когда придет к тебе глубокое смиреннословие, тогда высокоречие упразднится от тебя. Когда смирение вкоренится в глубине сердца твоего, тогда и смиреннословие всякое отпадет от тебя. Когда же свыше обогатишься смиренномудрием, тогда и внешнее смирение и смиреннословие языка упразднится в тебе, по слову ап. Павла: Егда же приидет совершенное, тогда, еже отчасти, упразднится (1 Кор. 13, 10). Насколько отстоит Восток от Запада, настолько отстоит истинное смиреннословие от истинного смирения. Насколько же небо больше земли и душа тела, настолько Св. Духом подаваемое совершенным смиренномудрие и совершеннее и больше истинного смирения.

– Ни того, кто при смиренном виде и одеянии говорит смиренно, тотчас не предполагай смиренным в сердце, ни того, кто говорит высоко и высокопарно, не вдруг почитай исполненным надмения и гордости, не испытавши их наперед, но от дел их познай их.

– Познай себя самого; и это есть воистину истинное смирение, научающее смиренномудрствовать и сокрушающее сердце, и сие самое делати и хранити понуждающее. Если же ты не познал еще себя, то не знаешь и того, что есть смирение, и делания и хранения его еще не коснулся, ибо познание есть конец делания заповедей. Когда кто познает себя, а это требует многого совне охранения, упразднения от дел мирских и строгого испытания совести, тогда тотчас внезапно приходит в душу и Божественное некое паче слова смирение, приносящее сердцу сокрушение и слезы теплого умиления, так что тогда испытывающий его в себе действие почитает себя землею и пеплом, червем, а не человеком, недостойным даже и животной сей жизни, за превосходство сего дара Божия, в коем пребыть сподобившийся исполняется неизреченным некиим опьянением умиления; входит в глубину смирения, и, из себя исшедши, ни во что вменяет все внешнее: яства, пития, одеяния тела – как изменившейся добрым изменением десницы Вышняго (Пс. 76, 11).

Преп. Максим Исповедник

– Смирение и злострадание (телесные лишения) освобождают человека от всякого греха, потому что смирение отсекает страсти душевные, а злострадание – телесные. Так поступал прор. Давид, как видно из следующей молитвы его к Богу; Виждь смирение мое и труд мой, и остави вся грехи моя (Пс. 24,18). Научитеся от Мене , – глаголет Господь, – яко кроток есмъ и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Кротость предохраняет раздражительность от возмущения, а смирение освобождает ум от надмения и тщеславия.

– Не примеряй себя к слабейшим из людей, а лучше расширяй себя в меру заповеди о любви. Примеряясь к людям, впадешь в пропасть высокомерия, а расширяя себя в меру любви, достигнешь высоты смиренномудрия. Смиренномудрие рождается от чистой молитвы, со слезами и болезнованием. Ибо она, призывая всегда на помощь Бога, не попускает безумно полагаться на свою силу и мудрость, и превозноситься над другими, две лютые болезни горделивой страсти.

Старец Симеон Благоговейный

– Всех сущих в киновии (общежитии) должно видеть святыми, и только себя одного почитать грешным и последним, прилагая к сему, что из всех спасаемых ты один осужден будешь на вечные муки в день он.

Св. Григорий Синаит

– Есть семь разных деланий и расположений, вводящих и руководящих к этому богоданному смирению, кои взаимно входят в состав друг друга и друг от друга происходят: 1) молчание, 2) смиренное о себе думание, 3) смиренное говорение, 4) смиренное одеяние, 5) самоуничижение, 6) сокрушение, 7) последность – иметь себя во всем последним. Молчание с разумом рождает смиренное о себе думание; от смиренного же о себе думания рождаются три вида смирения: смиренное говорение, смиренное и бедных одеяний ношение и самоуничижение. Сии же три вида рождают сокрушение, бывающее от попущения искушений и именуемое промыслительным обучением и от бесов, смирением. Сокрушение же делам заставляет душу чувствовать себя сущею ниже всех и всех последнейшею, яко всеми превосходимую. Два же сии вида приносят совершенное и богодарное смирение, которое именуется силой и совершенством всех добродетелей, и оно-то Богу приписывает добрые наши дела. Итак: первое из всех руководств к смирению есть молчание; из него рождается смиренное о себе думание; а это рождает три вида смирения. Три эти рождают один – сокрушение; а сокрушение рождает седьмой вид – почитание себя низшим всех, что и называется промыслительным смирением. Это смирение приносит богодарное, совершенное, непритворное, истинное смирение. Промыслительное смирение так приходит: когда человек, будучи оставлен самому себе, побежден бывает, порабощен и возгосподствован всякой страстью и помыслом, тогда, будучи побеждаем духом вражеским и не находя помощи ни от дел, ни от Бога, и ни от чего совсем, и готов будучи даже впасть в отчаяние, смиряется он во всем, сокрушается, низшим всех себя имеет, последнейшим и рабом всех, худшим даже самих бесов, как тиранству подлежащий и ими побеждаемый. Все это и есть промыслительное смирение, в силу которого от Бога дается второе, высшее, которое есть Божественная сила, вседейственная и всетворная. Его ради видя себя органом Божественной силы, человек ею совершает дивные Божий дела.

Прпп. Каллист и Игнатий

– Смирение и без дел многим прегрешениям стяжавает прощение, а дела без смирения, напротив, неполезны. Что соль для всякой пищи, то смирение для всякой добродетели, и крепость многих грехов может оно сокрушить. О нем потому нужно в душе печалиться (заботиться) непрестанно, с учинением своего разумения; и если приобретем его, оно делает нас сынами Божиими и без дел добрых представит нас Богу, а без него все дела наши, всякие добродетели и всякое делание напрасны. Его одного достаточтно, чтобы без сторонней помощи представить нас пред лице Бога и говорить за нас ходатайственно... И еще некто сказал: когда придет к тебе помысл гордыни, говоря: вспомни добродетели свои, – ты скажи ему: смотри, старик, на блуд свой.

– Радуйся, когда делаешь добродетель, но не превозносись, чтобы не случилось крушение в пристани.

– Верному надлежит смиряться пред всеми, ибо смиряться только пред некоторыми, значит иметь смирение ложное.

Без смирения христианская духовная жизнь невозможна. Христианин должен учиться со смирением принимать скорби – не сжав зубы, терпеть во что бы то ни стало, а именно принять боль. Но что делать, если смирения нет? Специально для портала “ ” – беседа Тамары Амелиной с протоиереем Алексием Уминским.

– Путь к смирению достаточно долог и сложен. Это путь длиною во всю жизнь. Конечно, это духовная наполненность. Авва Дорофей говорит: «Каждый молящийся Богу: «Господи, дай мне смирение», должен знать, что он просит Бога, дабы он послал ему не кого-нибудь, а оскорбить его».

– Смирение – принятие себя таким, какой ты есть. Чаще всего самая большая проблема для человека – быть самим собой, быть тем, кто ты есть на сегодняшний момент. Самое большое несмирение – человек не хочет себе признаться, кто он есть на самом деле. Человек хочет выглядеть в глазах других людей лучше, чем есть на самом деле. У всех же это есть, да? И никому не хочется, чтобы знали, что ты думаешь, что творится в твоей душе. И все проблемы нашего несмирения, наши обиды происходят от того, что люди замечают, какие мы есть на самом деле и как-то дают нам это понять. А мы на это обижаемся. По большому счету это именно так.

Начальный момент смирения может начаться именно с этого: если тебе говорят «Смирись», то, значит, подумай, а что произошло? И найди причину в самом себе. Может быть, ты и есть тот самый человек, к которому обращены эти слова обиды и в них нет ничего обидного? Если дураку сказать, что он дурак, то что в этом обидного для дурака? Для дурака не может быть ничего в этом обидного. Если я дурак, и мне сказали, что я дурак, то я не могу на это обидеться!

– Так кто ж себя считает дураком?

– Так вот, смиренный человек, если он знает, кто он такой, он не обидится.

– Но всегда же есть люди и глупее, и хуже?

– Не факт! Это еще надо разгадать! Может, и есть, но они тоже дураки, и я такой же как и они. Вот и все. Наша жизнь есть цепь доказательств того, чтобы люди поверили, какие мы умные, сильные, талантливые… Ну, вот скажите, надо ли умному человеку доказывать, что он умный? Не надо! Если человек доказывает, что он умный, значит, он дурак. И когда ему говорят, что он дурак, он не должен обижаться. Примерно так, я, конечно, рисую грубую схему. Человек должен прежде всего понять, кто он есть на самом деле. И не бояться быть самим собой. Потому что это точка отсчета.

– А если тебе это говорит тоже дурак?

– Дурак может стать умным! Дурак, если он поймет, что он дурак, он может постараться и стать умным! Не делать вид, что он умный, а как-то поучиться быть умным. Трус может научиться стать смелым, если он поймет, что он трус и захочет стать смелым.

Каждый человек, если он поймет точку отсчета, у него будет куда идти. С этого начинается смирение. Человек, прежде всего, с собой должен примириться в Боге и увидеть, кто он такой есть. Потому что если человек считает, что он умный, то зачем ему просить у Бога ума? Он и так умный. Если человек считает себя талантливым, то зачем просить у Бога таланта? А если он считает, что у него чего-то нет, значит, он может просить это у Бога, значит, ему есть куда стремиться, значит, есть, куда идти. А так – идти некуда. Почему начинаются с «Блаженны нищие духом» (Мф. 5, 3).? Потому что нищий все время что-то просит, у нищего ничего нет. Хотя при желании он может так набить карманы деньгами! Есть даже такая профессия – профессиональный нищий. Так вот, принцип один и тот же. Человек в глазах других людей признал себя нищим. Он такой жизнью живет, он из этого нищенства получает способ жизненного существования.

А если это перевести в духовный план, как нас учит Евангелие, тогда можно что-то в этой жизни приобрести для себя важное, а без этого не приобретешь. Самой большой проблемой, самым большим препятствием для приобретения каких-то духовных даров или силы для движения к Богу, прежде всего, является то, что мы не хотим быть самими собой. Нам хочется в глазах других выглядеть лучше, чем мы есть на самом деле. Понятно, что нам хочется быть лучше, но мы не делаем для этого простых вещей.

Мы не хотим, чтобы люди видели, какие мы есть на самом деле. Нам очень страшно от этого, нам страшно как Адаму, который хочет от Бога спрятаться, нам хочется сразу прикрыть всю свою наготу.

А смирение, прежде всего, состоит, как мне кажется, в том, что человек совершает очень мужественный поступок. Он не боится быть дураком, если он дурак. Не боится признать свою глупость, если он глуп. Не боится признать свою неспособность, если он неспособен. Не боится признать свою бесталанность, если у него что-то не получается. Не впадает от этого в уныние, самоедство, что, мол, как же так, есть же еще хуже меня, а понимает, что это есть точка отсчета. Поэтому, когда ему говорят «дурак», он не обижается, а смиряется.

– Еще смирение часто путают с равнодушием.

– Есть понятие «бесстрастие», а есть понятие «бесчувствие». Это разные вещи.

– Если в человеке не проявляется каких-то страстей, осуждения, например, то кажется, что с душой все в порядке.

– Да, нет. Что значит в порядке? Если в душе человека мир, тогда с ним все порядке, а если безжизненное болото, то это состояние с этим жить тяжело.

– Критерий – мир, радость?

– Да, то, что в Евангелии написано. В Послании апостола Павла к галатам: «…любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость…» (Гал. 6–7).

– Могу я не упоминать в молитве людей, о которых мне трудно молиться?

– Если Вы христианка, то не можете

– Не могу я даже имена их произносить, у меня сразу такие искушения… Даже молитва прекращается… Хочется забыть …

– Если Вы христианка, то не имеете права. Значит, должны просить у Бога на это сил.

Как сказал : «Не желать видеть и слышать человека похоже на приказ его расстрелять».

– Неужели, действительно, существуют такие люди, которые способны преодолеть, казалось бы, немыслимые предательства?

– Попробовать можно. Смотря что вы у Бога будете просить. Если вы будете просить, чтобы Бог привел к покаянию этих людей, дал им возможность понять, что они сделали неправильно, чтобы Господь не дал им до конца погибнуть, чтобы Господь помог им измениться, то почему бы нет?

– Есть мнение, что, если молишься за таких людей, то на себя принимаешь груз их греха.

– Это, конечно, полное безобразие. Когда люди оправдывают нежелание за кого-то молиться какими-то искушениями. Тогда лучше снять с себя крест, в храм не ходить и жить себе спокойненько жизнью без церкви – без Христа и без креста. Вообще тогда не будет никаких искушений! Все будет отлично! Это, конечно, безобразие, но распространенное безобразие. Из такого ложного смирения, мол, недостойны, немощны, куда нам… Потому что люди не любят Христа, а любят только себя.

Пишет: «И, наверное, именно потому так редко совершаются чудеса в наши дни, что нам хочется чуда в тех случаях, когда есть другой выход, хочется чуда только по той причине, что так будет проще. Мы ждем чуда и просим о чуде, не исчерпав все свои возможности, просим о чуде, а надо бы просить сил, мудрости, терпения и упорства».

Совершенно согласен с этими словами отца Георгия.

Беседовала Тамара Амелина

Определить язык Азербайджанский Албанский Английский Арабский Армянский Африкаанс Баскский Белорусский Бенгальский Бирманский Болгарский Боснийский Валлийский Венгерский Вьетнамский Галисийский Греческий Грузинский Гуджарати Датский Зулу Иврит Игбо Идиш Индонезийский Ирландский Исландский Испанский Итальянский Йоруба Казахский Каннада Каталанский Китайский (Упр) Китайский (Трад) Корейский Креольский (Гаити) Кхмерский Лаосский Латинский Латышский Литовский Македонский Малагасийский Малайский Малайялам Мальтийский Маори Маратхи Монгольский Немецкий Непали Нидерландский Норвежский Панджаби Персидский Польский Португальский Румынский Русский Себуанский Сербский Сесото Сингальский Словацкий Словенский Сомали Суахили Суданский Тагальский Таджикский Тайский Тамильский Телугу Турецкий Узбекский Украинский Урду Финский Французский Хауса Хинди Хмонг Хорватский Чева Чешский Шведский Эсперанто Эстонский Яванский Японский Азербайджанский Албанский Английский Арабский Армянский Африкаанс Баскский Белорусский Бенгальский Бирманский Болгарский Боснийский Валлийский Венгерский Вьетнамский Галисийский Греческий Грузинский Гуджарати Датский Зулу Иврит Игбо Идиш Индонезийский Ирландский Исландский Испанский Итальянский Йоруба Казахский Каннада Каталанский Китайский (Упр) Китайский (Трад) Корейский Креольский (Гаити) Кхмерский Лаосский Латинский Латышский Литовский Македонский Малагасийский Малайский Малайялам Мальтийский Маори Маратхи Монгольский Немецкий Непали Нидерландский Норвежский Панджаби Персидский Польский Португальский Румынский Русский Себуанский Сербский Сесото Сингальский Словацкий Словенский Сомали Суахили Суданский Тагальский Таджикский Тайский Тамильский Телугу Турецкий Узбекский Украинский Урду Финский Французский Хауса Хинди Хмонг Хорватский Чева Чешский Шведский Эсперанто Эстонский Яванский Японский

Звуковая функция ограничена 200 символами

В первый год, по получении Святого Духа, я думал: грехи мне Господь простил: благодать свидетельствует об этом; чего мне еще более надо?

Но не так надо думать. Хотя грехи прощены, но всю жизнь надо о них помнить и скорбеть, чтобы сохранить сокрушение. Я так не делал, и перестал сокрушаться, и много я потерпел от бесов. И я недоумевал, что со мною делается: душа моя знает Господа и Его любовь; как же мне приходят плохие помыслы? Но Господь меня пожалел, и Сам научил меня, как надо смиряться: «Держи ум твой во аде, и не отчаивайся». И этим побеждаются враги; а когда я умом выхожу из огня, то помыслы снова приобретают силу.

Кто, подобно мне, потерял благодать, тот пусть мужественно борется с бесами. Знай, что ты сам виноват: впал в гордость и тщеславие, и Господь милостиво дает тебе познать, что значит быть в Духе Святом, и что значит быть в борьбе с бесами. Так душа опытом познает вред гордости, и тогда бегает тщеславия, и похвалы человеческой, и помыслов. Тогда начнет душа выздоравливать и научается хранить благодать. Как понять - здорова ли душа, или больна? Больная душа - горделива; а здоровая душа любит смирение, как научил ее Дух Святой, и если не знает этого, то считает себя хуже всех.

Смиренная душа, хотя бы Господь брал ее на небо каждый день и показывал всю небесную славу, в которой пребывает Он, и любовь Серафимов и Херувимов, и всех святых, то и тогда, наученная опытом, будет говорить: «Ты, Господи, показываешь мне Свою славу, потому что Ты любишь создание Свое, но мне дай плач и силу благодарить Тебя. Тебе подобает слава на небе и на земле, а мне подобает плакать о грехах моих». Иначе не сохранишь благодать Святого Духа, которую дает Господь туне, по милости Своей.

Господь много пожалел меня, и дал мне разуметь, что всю жизнь надо плакать. Таков путь Господень. И вот теперь пишу, жалея тех людей, которые подобно мне, горделивы и потому страдают. Пишу, чтобы учились смирению и обрели покой в Боге.

Некоторые говорят, что это раньше когда-то было, а теперь все это устарело; но у Господа никогда ничто не умаляется, а только мы изменяемся, делаемся плохими и так теряем благодать; а кто просит, тому Господь дает все не потому, что мы этого стоим, но потому, что Господь милостив и нас любит. Я пишу об этом потому, что душа моя знает Господа.

Научиться Христову смирению - есть великое благо; с ним легко и радостно жить, и все бывает мило сердцу. Только смиренным являет Себя Господь Духом Святым, а если не смиримся, то Бога не узрим. Смирение есть свет, в котором мы можем узреть свет Бога, как поется: «Во свете Твоем узрим свет».

Господь научил меня держать ум во аде, и не отчаиваться, и так смиряется душа моя, но это не есть еще настоящее смирение, которое неописуемо. Когда душа идет к Господу, то бывает в страхе, но когда увидит Господа, то от красоты славы Его неизреченно радуется, и от любви Божией и от сладости Духа Святого совершенно забывает землю. Таков рай Господень. Все будут в любви, и от смирения Христова все будут рады видеть других выше себя. Смирение Христово в меньших обитает; они рады, что они меньше. Так мне дал разуметь Господь.

О, помолитесь за меня все святые, чтобы душа моя научилась смирению Христову; жаждет его душа моя, но стяжать не могу, и слезно ищу его, как потерявшееся дитя ищет мать свою.

«Где Ты, мой Господи? Скрылся от души моей, и слезно ищу Тебя.

Господи, даруй мне силу смириться пред величием Твоим.

Господи, Тебе подобает слава на небеси и на земли, мне же, маленькому созданию Твоему, даруй смиренного Духа Твоего.

Молю Твою благость, Господи, призри на меня с высоты славы Своей и даруй мне силу славить Тебя день и ночь, ибо душа моя возлюбила Тебя Духом Святым, и скучаю я по Тебе, и слезно ищу Тебя.

Господи, даруй нам Духа Святого; Им будем Тебя славить день и ночь, ибо плоть наша немощна, а Дух Твой бодр, и дает силу душе легко Тебе работать, и утверждает ум в любви Твоей, и упокоивает в Тебе совершенным покоем, и уже не хочет он помышлять ничего, кроме любви Твоей.

Господи, Милостивый,- немощной дух мой не может придти к Тебе, и потому зову Тебя, как царь Авгарь: приди, и исцели меня от ран моих греховных помыслов, и я буду хвалить Тебя день и ночь, и проповедовать Тебя людям, чтобы познали Тебя все народы, что Ты, Господь, как и раньше, творишь чудеса, прощаешь грехи, и освящаешь, и живишь».

Старец Силуан Афонский. Часть II. Писания старца Силуана

Последние материалы сайта